Библиотека

быстрый переход в разделе

 
 
 
 

Обратная связь

Я рисовала город. Дома, улицы, прохожих. Вот дом с узорчатыми ставнями. …Другой дом, с высоким забором. Мостик через реку, с проломанной дощечкой. Старательно выводя дощечку, представляла себе, как неудобно людям перебираться на другой берег реки по неисправному мостику. Я выдумывала людей – жителей города. Продумывала их характеры. Придумывала для них привычки, хорошие и скверные. Зачем мне это?..

           Я не художник. У меня семья. Дети, муж. Собаки, кошка. Но с детства мечтала рисовать… Не сложилось, не получилось. А теперь, видать, время пришло… Мои дети выросли и разъехались, на работе сократили… Но мой муж со мной не развелся. Приезжает, оставляет деньги, уезжает к другой.

Вначале я плакала, потом стала рисовать. Я очень стараюсь, продумываю каждый мазок.

           Вот трамвайная остановка. Маленькая, стеклянная. К ней по черным рельсам спешит красный трамвай. За трамвайной остановкой – булочная, при булочной — пекарня. Каждое утро в булочной продают свежий хлеб и румяные крендельки. 

           Люблю крендельки, их вкусно готовила бабушка. Ещё она замечательно лепила пельмени. В нарисованном мной городе уютная пельменная на шесть столиков находится в двух шагах от теплой булочной. А на перекрестке трех дорог — парикмахерская. Одна на крошечный городок, в котором всего несколько улиц. Напротив парикмахерской — фонтан, но он не функционирует. Временно, в нарисованном городе — зима, сугробы кругом.

           Сейчас изображу падающий снег. Или завтра? Лучше завтра — устала. Собаки тявкают, хотят на улицу. Вот намотаю привычный круг по скверу, и — в постель. Перед выходом закину грелку под одеяло, пока я — с собаками, бельё прогреется. Вернусь, нырну с мороза в теплую кровать и… зажмурюсь от счастья. В городе, где я живу, тоже зима. Снега намело выше крыш!

           Напротив моего окна — детский сад с игровыми площадками. На них стоят расписные домики на куриных лапках. Сугробы укутали их со всех сторон так, что и не подобраться. Да и некому подходить — сад закрыли на неделю. Минус тридцать.

          Утро ленивое, холодное. Опять пойдет снег (наверняка). Никуда не выйду (точно). Дел много, должна закончить картину.

           Села, уставилась в полотно, зевнула. Благодать. Наверное, счастье жить в нарядном городе, где мало людей, и все друг друга знают.

          Нелегко рисовать падающие снежинки, но я задумала их еще вчера. И нужно изобразить снегопад именно сегодня, — завтра в гости зайдет Боря.

           Он всегда приходит с бутылкой вина и конвертом. Вино мы распиваем за ужином, конверт я раскрываю после того, как он уезжает. Боря — щедрый человек. Хороший мужчина, просто моя соперница моложе меня на двадцать лет. Его понять можно.

 

***

           Кристина была абсолютно счастливым человеком. Она ни на кого не злилась, ни от кого ничего не ждала. На жизнь не обижалась, а радовалась мелочам, искренне и восторженно.

           Пошел снег, белый, пушистый. Снежинки легко парили на ветру… Как можно не восхититься прекрасной картиной?! Кристина загляделась. Медленно и тихо ложился снег на провода, крыши домов, мостик. Неожиданно над городом сгустились тучи. Синоптики всегда ошибаются: еще вчера они обещали легкие осадки. Начался обильный снегопад.

           Кристина сидела у окна. Из ее окон хорошо проглядывался другой берег реки, городская площадь…

           Когда Кристина была ребёнком, а папа — живым, вечерами, в Рождественские праздники, он сажал дочурку на широкие сани, и они ехали в сторону центральной площади любоваться нарядной елкой. Кристина любила блестящие елочные украшения. Папа завозил ее на санях под нижние ветки, и она трогала ручками стеклянный домик Бабы Яги, платье феи из фольги, перламутровые крылышки ангела…

           Кристина боготворила папу… С ним ей жилось легче.

           Вспомнив о нем, Кристина вздохнула. После себя папа оставил очень много тепла и дом с узорчатыми резными ставнями. Папа был мастер на все руки. Когда он ушел, наступил период одиночества.

           Кристина откатила коляску от окна. Надо собираться, скоро прибежит Марфа, они поедут гулять. Кристина гуляла каждый день. В будние дни к ней забегали подружки, каждая -в свой день, они давно составили меж собой расписание, а на выходные заселялся Игорь.

           Именно заселялся! С хомяком и кошками. До выходных еще далеко — она не увидит Игоря несколько дней.

            — Кристинка! Такой снег! Сказочный! – Влетела Марфа. Ее шубка и шапочка, усыпанные  снежинками, сверкали. – Смотри, они долго не тают! Словно нарисованные. – Марфа сняла одежду, встряхнула с нее мелкие бусинки подтаявшего снега, повесила вещи на крючок. – Ну, как ты? Всё приготовила для прогулки? А где твои любимые варежки?! Куда ты их подевала? – Марфа обожала командовать. Наверное, поэтому и стала школьной учительницей.

           В парадном, где жила Кристина, — удобный спуск. Девушки легко выехали на улицу.

            — Красота! – Взвизгнула Марфа.

           Тучи разошлись. Выглянуло солнце, заблестел снег, заискрился.

            — Ах, какой волшебный мир. — Кристина глотнула свежего воздуха. Ещё… И ещё!

            — Ой! Ты что это себе позволяешь? — Марфа мигом округлила глаза и надула щеки. Она всегда переживала за Кристину. За её здоровье, за её самочувствие. — Вот только ангины нам не хватало!

            — Какая ты смешная, Марфуша. — Кристина хихикнула. Она любила Марфу, и всех своих друзей, и Игоря… — Марфа, как ты думаешь, Бог есть?

           Девушки гуляли по скверу. Укутавшись в шерстяной плед, который Марфа предусмотрительно положила в коляску, Кристина разглядывала высокие кроны старых парковых деревьев.

            — Конечно, есть, Крис. — Иногда Марфа называла Кристину — Крис. Ей казалось, что у подруги длинное имя, а когда не терпелось быстро выложить новость или не хотелось упустить набежавшую мысль, имя стоило сократить, так думала Марфа. — Ведь кто-то же для нас придумал небо, солнце, снег. Всех нас… Бог обязательно есть, Крис. Нужно верить, милая. Без веры трудно, с ней — легче. Ты не отчаивайся, милая.

           Девушки подъехали к скамейке, которую замело пышным пуфом сугроба. Марфа легко варежками разбросала воздушный снег, на расчищенное место положила картонную подстилку и, усевшись на нее, принялась болтать ногами.

           — Забавная ты, Марфуша. Вижу, хочешь о чём-то поговорить, — Кристина приветливо улыбнулась подруге.

            — Я замуж выхожу, Кристина.

            — Это же здорово!

            — Я вас скоро познакомлю…

          Девушки обнялись. Они дружили с детства. Познакомились ещё тогда, когда Кристина ходила ногами.

            — Если твой Бог есть, почему я — в коляске?

           Марфа скрывала от подруги жениха почти до последнего момента, но скоро свадьба, далее тянуть некуда. У Кристины не было парня. Игорь — друг. Замечательный человек, волонтер.

           — Кристина, всё ещё будет хорошо. Милая, поверь мне. Ты влюбишься, тебя полюбят. Просто для каждого — свой час.

            — Иногда мне думается, что наш мир — искусственный. Что мы здесь все, как в аквариуме. Нас подкармливают, словно рыбок… Сегодня нам бросили чистый снег. Но на самом деле ничего нет! Ни этого неба, ни моей коляски. Всё это чья-то глупая фантазия, не более того, чей-то пространный вымысел!

           Обратной дорогой Марфа еле тащила ноги. Конечно, инвалидная коляска тяжёлая, но… только бы Кристина не свалилась в депрессии, как случилось после смерти ее отца.

 

***

            — Хорошая картина. Ты пишешь всё лучше и лучше!

            — Я не пишу, а рисую. Пишут художники.

           Боря остался на ужин. Я знала, что он любит, и приготовила для него фаршированные перцы. Они удались. Он вкусно поел, угодила. Наверное, его молодая женщина не умеет хорошо готовить, мне так думается. На такое рассуждение есть основания. Если бы я позволила, Боря приходил бы не раз в месяц к ужину, а гораздо чаще… Но это глупо, не правда ли? Здесь — кушать, там — спать. Облизывается… Потешный он.

            — Пойдем, посмотрим полотно ещё раз.

           Он позвал, я пошла за ним. Я всегда шла за ним. А потом он ушёл…

           — Как у тебя терпения хватает? – Он рассматривал картину под разным углом, меняя ракурс.-

 Ты профессионально подошла к вопросу! Надо же, проработала все мелкие детали. Особенно получились узорчатые ставни синего дома.

            — Я старалась, очень старалась. Там живет девушка.

           -Ах, фантазерка! Девушка… Расскажи мне о ней. Какая она?

            — Хорошая. Тонкая, красивая. Инвалид, она не может ходить. У нее отнялись ноги.

            — Прости меня. Я виноват перед тобой, очень виноват. Может, ты здесь и не сможешь меня простить. Прости потом… 

           Боря верил в Господа, и верил в «потом». Что не помешало ему обманывать меня три года, а одним днём уйти. В трудный для меня час. Но я была благодарна ему за вместе прожитые счастливые дни. И за детей. Когда-то я прощу его, конечно…

            — Тебе пора.

           Опять одна. Снова — грелка, очень холодно в доме. Кошка потерлась о тапки. Пора спать.

Лежа, я ворочалась. Думала о картине.

 

***

           Сколько было разговоров о море! Бескрайнем, манящем… Никто из присутствующих за столом никогда не видел моря, но были фильмы о нём, картины, книги.

            — Я читал, что иногда, во время шторма, волны поднимаются в рост человека. И даже выше! - Олег, парень Марфы, восторженно вскинул руку вверх.

           Кристине гость понравился сразу. Открытый, улыбчивый. «Славный парень», — решила она.

Игорь приготовил обед. Будучи хорошим кулинаром, он придумал много вкусностей. Ему хотелось побаловать в выходной Кристину и, конечно же, достойно принять гостей. Но для приглашенных, Олега и Марфы, он бы так не старался, это точно. А вот для Кристины… Очаровательная девушка. Добрая, искренняя, открытая. Человеческими качествами она очень нравилась Игорю. С ней интересно проводить время, для Игоря это важно…

           Уплетая восхитительный десерт, компания мечтала: вот было бы здорово взять палатку, продукты, для Крис всё необходимое, чтобы она не устала в пути, и отправиться к морю…

            — Может, весной. Поздней весной, когда хорошо прогреется воздух, и песок сделается горячим. Но летом — не стоит. Говорят, летом у моря слишком людно, — Слизав с ложечки заварной крем, замерев на секунду, Марфа задумалась. Но быстро придя в себя, продолжила: — нет, лучше летом. Весной нельзя купаться, а летом — можно. Говорят, вода в море такая соленная, что даже те, кто не умеет плавать, не идут камнем ко дну…

            — Летом ты будешь уже замужняя матрона, — Кристина почему-то вздохнула.

            — Марфа – матрона, — рассмеялся Олег. И все рассмеялись тоже, представив Марфу напыщенной дамой. — Шикарную матрону я стану выгуливать мимо булочной, мимо пельменной, — Олег откровенно балагурил, всем было весело. Компания засиделась допоздна. В разговорах молодые люди то и дело вспоминали море. Когда гости ушли, Игорь спросил у Кристины:

            — Ты бывала за переделами нашего городка? Раньше, хоть когда-то ?..

           Кристина насупилась. Разве путешествия для неё… Она с детства в коляске.

            — Прости. — Игорь спохватился. — Весь вечер мы говорили о море. Мечтали о море, грезили им. Но никто никогда не видел море собственными глазами! Никто, никогда! А почему?!

           Кристина нахмурилась. Не стоит искать ответы на сложные вопросы, и так слишком много проблем в этом мире, в её жизни. Закончатся выходные, Игорь уйдет, впереди — пять пустых вечеров.

 Игорь мыл посуду. Осторожно водя мыльной губкой по хрупкому фарфору, он рассуждал:

            — Недавно я разговаривал с родителями. Интересовался: бывали ли они за пределами города. И знаешь, что они мне ответили?! «О, милый, мы так любим наш город… Нет желания покидать прекрасное место». Представляешь, они никуда не выезжали, Кристина! Никогда!

            — Ничего удивительно. Наш город замечательный, все жители к нему искренне привязаны.

 Неожиданно Игорь швырнул в мойку недомытые тарелки и широко зашагал по комнате. Размахивая руками, он почти прокричал:

            — Нас здесь кто-то держит!  

            — Ты о Боге?

           Кристина подъехала к Игорю, взяла его за руку.

            — Понимаешь, — ровно и тихо произнесла она, — а мне кажется, что наш мир — искусственный, созданный чьей-то мыслью, но на самом деле ничего нет. Нас — нет! Тебя нет, меня нет. И, если Он перестанет о нас думать, все вмиг исчезнет…

            — Ой, ты загнула, Крис,- Игорь сразу успокоился. Даже пожалел, что начал разговор, и почти шепотом произнес: — Как это нет тебя!? Такой умной и красивой…

           Кристина улыбнулась, ей захотелось обнять его…

            — Я заварю нам чай.

           Он вышел в другую комнату. За ним убежали его кошки.

            «Если бы его кошки стали нашими кошками».

           Игорь вернулся.

            — Вот и чай готов, но вначале ты примешь ванну.

           По субботам он помогал Кристине мыться, сама бы она не справилась. И никто из девчонок не справился бы. Когда-то из коляски в ванну ее перекладывал папа. Теперь — Игорь. Он очень хороший парень, волонтер.

 

 
Страницы:   123Следующая»
 
 
 

© Все права защищены и пренадлежат Анжелике Сансаре, 2009
Любое копирование материалов и публикаций только с разрешения Анжелики Сансары.

Разработка и продвижение сайта
Дизайн-студия «ABRIS group», 2009 Сайтом управляет HostCMS

Рейтинг@Mail.ru
Rambler's Top100